vicebskreg.by

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Витебского региона Общество

23.03.2020 09:27

82 просмотра

0 комментариев

ВЫВОДЫ. Как права человека защищают от коронавируса

Если «всем по 500» вам казалось важнее самоуправления, свободы слова и других прав — вы ошибались. Потому что приходит час «икс» — и в Китае потенциальному больному просто заваривают дверь квартиры, а вас заставляют ходить на работу и оплачивать убытки из своего кармана. В котором у вас уже не 500.

В старом анекдоте говорилось, что любовь придумали русские, чтобы не платить. Так же часто в спорах о политике обыватели говорят, что права человека придумали американцы, чтобы вмешиваться в политику других стран.

О том, что это практический инструмент ежедневной безопасности и комфорта каждого человека, в наших школах и университетах, в отличие от американских и европейских, не учат. Но пандемия дает нам шанс понять это на собственной шкуре. Возможно, для кого-то «чарка и шкварка» в руках потеряет ценность, а абстрактная демократия на улице обретет новое значение.

Так почему же права человека не являются «внутренним делом государства» и как они защищают от коронавируса? Давайте разбираться.

Сначала я отвечу на первый вопрос.

В XXI веке для нас стало нормой подписывать петиции против ареста женщины в Иране, которая не носит хиджаб, требовать для аборигенов в США образования на родном языке, высказать протест по поводу подброшенной наркоты журналистам и активистам в России и ждать очередного «беспокойства ЕС о положении с правами человека в Беларуси».

Но в начале ХХ века всё, что происходило на территории любой страны, было делом этой страны. Гражданская война, расстрел оппонентов, разгон демонстраций, запрет образования для женщин, пытки заключенных, торговля людьми, опыты на людях с инвалидностью — прости, дружок, тебе не повезло здесь родиться, это внутреннее дело государства.

Наше право защищать любого человека в любой точке мира и такое же право быть защищенным — это завоевание ХХ века, ставшее реальностью после Второй мировой войны с появлением концепции прав человека в международном праве. Это концепция признает каждого человека субъектом и ограничивает суверенитет государств.

С тех пор условный фюрер, даже демократически избранный, не может сделать какую-то социальную или национальную группу обслуживающим персоналом для другой, а тем более истребить даже на основании принятых большинством голосов законов — и это становится предметом внимания всего мирового сообщества.

Именно это (ограничение суверенитета и признание каждого человека субъектом международного права) стало главным результатом Второй мировой, а не «победа над фашистской Германией», как мы знаем со школы.

Но из XXI века нам это не так очевидно. Мы привыкли жить в мире, в котором живем и иногда зажираемся. Многим кажется, что проблему голода в Африке должна решать Африка, войны между мусульманами в Азии — это просто «традиции», а внутренняя политика Китая нас не касается.

Но потом в небе взрывается самолет от бомбы ИГИЛ, в Европу плывут на хлипких лодках беженцы, которым нечего терять, и весь мир получает вирус из Китая.

Отсюда, вывод № 1 — наш комфорт, а для кого-то и жизнь, очень сильно зависят от международных усилий по соблюдению прав человека в мире. До тех пор, пока правительства разных стран выделяют деньги на борьбу с Эболой и трудоустройство людей в Африке, на борьбу с терроризмом в Азии, у нас всех больше шансов спокойно попивать латте через трубочку на Монмартре, вылетев по шенгену на Ryanair из «Минск-3».

Да, здесь есть определенная манипуляция — коронавирус не придуман китайскими коммунистами и мог возникнуть в любой точке земного шара. Но прежде чем напомнить мне, что китайские власти смогли эффективно подавить вспышку введенными мерами, давайте вспомним о враче Ли Вэньляне.

Врач-офтальмолог из центральной больницы Уханя Ли Вэньлян предупредил о надвигающейся проблеме своих коллег-медиков еще в декабре, но вскоре к нему пришла полиция и вынудила подписать документ, в котором врач обвинялся в распространении ложных слухов, причиняющих вред общественному порядку.

Происходящее в Ухане скрывалось от общества в Китае и мире до тех пор, пока это возможно было скрывать. Официально китайские власти признали вспышку лишь 20 января, когда счет смертей шел на сотни, а заболевших — на тысячи, и болезнь расползлась по всему миру.

Вывод № 2 — реализованное право на свободу информации предотвратило или существенно снизило бы масштаб катастрофы и не потребовало бы тех жестоких мер, которые были применены китайцами против своих сограждан впоследствии.

Несколько китайских журналистов и блогеров, которые рассказывали о том, каким образом власти обращаются с попавшими в беду уханьцами, пропали без следа. Есть разные сообщения о методах борьбы с эпидемией, кроме всех известных — смертная казнь за сокрытие симптомов, плата за донос. Были сообщения, например, о блокировке дверей в квартирах потенциальных больных, которые смогли получать еду и лекарства только благодаря участию соседей. Или принудительном карантине единственного родителя, что закончилось смертью ребенка-инвалида.

И тут самое время отметить, что ограничениям подлежит не только суверенитет страны, ограничениям подлежат и сами права человека (почти все и почти всегда). Например, право на свободу слова у вас есть, но раскрывать информацию из суда над несовершеннолетним — нет. Право на свободу перемещения у вас есть, но если вы должник — это право можно ограничить.

Во время такого кризиса, как пандемия, права человека можно ограничить еще больше в целях общественной безопасности (ограничить свободу в том числе). Однако никакое чрезвычайное положение не может оправдать убийства, исчезновения без суда и следствия, пытки и бесчеловечное обращение. Китай не очень-то демократическая страна, как нам известно, а в период кризиса, как показала практика, тем более. А вот безвестное исчезновении журналистов в европейских странах нам представить невозможно.

Поэтому вывод № 3 — права человека защищают вашу жизнь и достоинство при любом ЧП. Другими словами, в демократической стране будут решать проблему распространения болезни, борясь за каждую жизнь; в стране, где государство и идеология важнее человека и его прав — решать проблему будут с наименьшей потерей для имиджа, экономики, бюджета, власти и любой ценой.

Итак, мы вернулись в Европу. Эпицентр пандемии здесь, и государства защищают своих граждан, закрывая границы и вводя карантин в учебных заведениях и на предприятиях.

В Беларуси все решения принимаются централизовано — границы открыты (хотя все соседние страны закрыли свои), карантин не введен, хотя граждане подписывают за это петиции — и за эту меру неофициально выступают медики и руководители учебных заведений.

Практика показала, что без решения высшего руководства, никто ничего не может сделать. В отличие от европейских стран, где еще до объявления национального карантина в Испании такие решения принимали на местном уровне — например, власти Мадрида и Каталонии, а также некоторые европейские университеты.

Вывод № 4 — местное самоуправление, независимость от «центра» способно решать ваши проблемы. Будь в наших вузах реальное самоуправление, ректоры могли бы самостоятельно оградить своих студентов от эпидемии. Но ректоры не могут, директора школ об этом даже не задумываются, министр образования просто выполняет указания (и, я надеюсь, испытывает при этом стыд).

Во всем этом замесе самое тяжелое отведено врачам. Без адекватных средств защиты, работая сверх норм, подвергаясь самому высокому риску заболеть и подвергая риску свою семью, в состоянии давления «сверху» и погоняемые клятвой Гиппократа, они будут лечить, спасать и наверняка кого-то «провожать».

Слышали ли вы когда-нибудь про профсоюз медработников? Не, прости господи, прогосударственный, куда всех обязывают уплачивать взносы, а реальный, который борется за их права, приемлемые условия работы, адекватные выплаты, реформу законодательства?

Я больше слышала про профсоюз сотрудников парижского аэропорта Шарль Де Голь, к сожалению. Потому и подписи за повышение зарплат врачам скорой помощи в 2014 году собирали сами врачи скорой помощи.

Это значит, что нет никакого субъекта в профессиональной среде, который мог бы защищать врачей во время (и после) этой критической ситуации. И министр здравоохранения может быть очень хорошим человеком с искренним стремлением не дать в обиду коллег, но в отличие от независимого профсоюза, он снимается в течение одного дня и сразу теряет свою субъектность.

Вывод № 5 — свобода профсоюзов и ассоциаций нужна не для распределения конфет на Новый год.

Я должна еще ответить на второй вопрос — как права человека спасают вас от коронавируса. В общем, всё банально — предупреждение и лечение эпидемических болезней и борьба с ними — это тоже права человека, закрепленные в международных документах. Это обязанность государства, и наше государство действительно борется с тем, что происходит. Правда, делает это так, как считает правильным один человек — и так во всех сферах. Но ведь каждый человек когда-то ошибается.

Если «всем по 500» вам казалось важнее свободы профсоюзов, самоуправления, свободы слова и так далее — вы ошибались. Потому что приходит час Х, и в Китае потенциальному больному просто заваривают дверь квартиры, вас вынуждают ходить на работу и оплачивать убытки из своего кармана, а в Европе бизнесу обещают компенсацию, в Америке — налоговые льготы. Да и в кармане у вас уже не «500».

Татьяна ЯВОРСКАЯ

В правозащитyю деятельность пришла после палаточного городка 2006 года. В 2007–2010 гг. — исполнительный директор, затем заместитель председателя Белорусского Хельсинкского комитета. В 2010–2012 гг. — руководитель программы адвокаси консорциума «ЕвроБеларусь». Сейчас — руководитель общественного объединения «Звено» и сооснователь Международного фестиваля документального кино о правах человека WATCH DOCS.

https://naviny.by/article/20200320/1584706198-tatyana-yavorskaya-vyvody-kak-prava-cheloveka-zashchishchayut-ot?utm_source=dlvr.it&utm_medium=facebook

Последние новости