vicebskreg.by

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Витебского региона Политика

15.02.2021 10:05

254 просмотра

0 комментариев

«Под БЧБ-флагом никого не убивали»: Историк о том, почему у власти нет права запрещать БЧБ-флаг

Это звучит дико и очень невероятно, но действующая власть действительно запустила кампанию по признанию нациального беларуского бело-красно-белого флага экстремистким. Чтобы это хоть как-то обосновать, пропагандисты выдергивают исторические факты из контекста, миксуют их с ложью и щедро заливают в уши своей аудитории.


The Villlage Беларусь поговорил с уважаемым историком Геннадием Сагановичем, габилитированным доктором, профессором Варшавского университета и главредом журнала «Беларускі Гістарычны Агляд» о том, почему не существует никаких объективных причин объявлять БЧБ-флаг экстремистским и как определенные политические силы уже пытались провернуть в Беларуси то же самое, но у них ничего не вышло.

БЧБ-флаг естественный для беларусов, а красно-зеленый искусственный

— Как БЧБ-флаг стал национальным беларуским и почему он был именно такой?

— Появление нашего национального флага — это типичное европейское явление, но у нас это случилось позже, чем в большинстве других европейских стран. Национальные флаги — это феномен 19 века, когда в Центрально-Восточной Европе начали приходить в упадок многонациональные империи, развиваться национальные движения и формироваться современные нации. До этого нации тоже существовали, но скорее в политическом смысле, и поэтому флаги были символами власти, династии, но не народа, нации. А в середине 19 века, после американской и французской революций, в Европе произошли глубокие трансформации, когда уже все население, все жители начали ощущать, что они могут иметь гражданское право, начали формироваться нации и естественным образом начались поиски символов, которые были бы маркером, идентификатором сообщества, приобретавшего характер определенной политической силы.

На наших землях происходили те же процессы, но с опозданием. Беларуское национальное движение появилось в конце 19 века, но политические цели — создание собственного государства — у него возникли только в начале 20 века. Наибольшая потребность в неком идентификаторе, национальном флаге, у беларусов появилась после Февральской революции, когда рухнула царская власть. И летом 1917 года в Минске, Петрограде и многих других местах развалившейся царской империи в войсках, где служили беларусы, появились знаки отличия — бело-красно-белые ленточки на мундирах солдат, которые считали себя беларусами.

Конкретно БЧБ-флаг появился на Первом Всебелорусском съезде в декабре 1917 года. Это было учредительное собрание («устаноўчы сход»), которое должно было определить судьбу беларуского народа, беларуской земли. Видимо, организаторы этой всебеларуской встречи — Великая беларуская рада — заказывали национальные флаги у двух беларуских архитекторов — Левона Дубейковского и Клавдия Дуж-Душевского, и рассматривались разные проекты. В итоге как общенациональный на этом съезде приняли бело-красно-белый флаг.

Там произошел случай, который ярко показал, что уже тогда БЧБ-флаг воспринимался участниками съезда как ценность. В какой-то момент на мероприятие пришел большевистский комиссар, обозвал БЧБ-флаг «трехцветной тряпкой» (привет ябатькам от идейных братьев — The Village Беларусь) и потребовал его снять и заменить на красный. Делегаты съезда восприняли это как оскорбление, а один из старых военных, генерал-лейтенант встал на колени и поцеловал БЧБ-флаг. Большевики в итоге разогнали этот съезд, но, что примечательно, они не сорвали БЧБ-флаг — он остался висеть на доме Центральной Беларускай военной рады, хотя власть в Минске какое-то время еще принадлежала большевикам. Снять флаг приказали уже немцы, которые пришли в Минск в феврале 1918 года.

Всебелорусский съезд принял БЧБ-флаг как национальный в декабре 1917 года, а Рада БНР в 1918 году, после провозглашения независимости Беларуси, утвердила его уже как государственный флаг.

Все это общеизвестные факты, я не будут останавливаться на них подробно. Подчеркну важное: БЧБ-флаг был естественным для беларусов, а не искусственно выдуманным.

— Что именно говорит в пользу его естественности для беларусов?

— Во-первых, его приняли очень демократичным путем — он победил в конкурсе среди других проектов. Во-вторых, белый и красный — самые прославянские цвета, они характерны для символики большинства национальных государств славянских народов. Между флагами народов, у которых есть исторические или культурные связи, наблюдается закономерная схожесть. Так, на флагах большинства славянских народов есть белый, красный и часто голубой или синий цвет — вспомните российский, словацкий, чешский, сербский и другие флаги. В-третьих, БЧБ-флаг идеально соответствовал историческим цветам беларусов: красный и белый — это цвета всех наших орнаментов. В-четвертых, этот флаг принял первый учредительный съезд, первая институция, конгресс, у которого было легитимное право на определение судьбы беларуского народа, в том числе национальных символов.

Кроме того, БЧБ-флаг очень хорошо соответствует европейской традиции выводить цвета флага из герба и уважать важнейшие принципы геральдики. Один из них — не помещать финифть (цвет, эмаль) на финифть, а металл (золото и серебро) на металл. Герб «Погоня» идеально соответствует этому принципу — серебряный всадник на серебряном коне (то есть металл) в червленом (красном) поле (финифть, цвет).

Таким образом, БЧБ-флаг подчеркивал, с одной стороны, отдельность беларусов — и государства, и нации, с другой стороны, он вводил нас в семью славянских народов, а с третьей стороны, он был создан по европейским традициям и вписывал нас в семью европейских народов.

— А что не так с красно-зеленый флагом и куда вводит (или уводит) беларусов он?

— Флаг, принятый в 1995 году, фактически повторяет советский, сталинский флаг 1951 года, то есть уводит нас к советскому прошлому. Принято считать, что флаг БССР 1951 года был создан, потому что поводырь советского народа товарищ Сталин задумал ввести БССР и УССР как отдельные нации в ООН, чтобы у СССР были дополнительные голоса. Чтобы создать видимость, что это независимые республики, им придумали отличающиеся от стандартных флаги. Хотя провели конкурс, но при Сталине о свободном выборе речи не велось. До этого более или менее особенного флага у беларусов не было. Был стандартный советский красный флаг с аббревиатурой-названием страны, как и у других республик, которые входили в состав СССР.

Почему большевистская власть запретила БЧБ-флаг, принятый БНР, и изобрела свои шаблонные флаги для всех республик? Это важный момент, который объясняет войну с историческими беларускими национальными символами и советского режима, и режима Лукашенко.

В основе этого конфликта лежит разный подход к традиции, истории и, как следствие, строительству национальной идентичности. БНР опиралась на глубокую историческую традицию, а у большевиков нигилистическое отношение к истории. Идея коммунизма в том, чтобы разрушить старый строй и построить новую жизнь, потому что, мол, старый строй был несправедливый, вся предыдущая история — это классовая борьба и только сейчас будет строиться настоящая жизнь. Поэтому история для них не важна. Я, конечно, упрощаю, но суть именно такая.

Эту разницу подходов к истории хорошо иллюстрируют народные календари. С 1910 года беларуское национальное движение, представленное разными организациями, начало издавать настольные календари. В них были обозначены основные праздники, в том числе исторические, которые рекомендовалось отмечать всем беларусам. Парадокс в том, что в этих календарях были даты не только из глубокой истории и касающиеся национального движения, связанного с образованием БНР, но и, например, 1 января 1919 года — день образование БССР. А в советском Минске не упоминалось ни одной даты, связанной с БНР и национальным движением в целом — историческая традиция для большевиков не имеет значения, все значимые для них события связаны только с большевистской революцией.

(Мы обратили внимание на 9 праздников, перечисленных в «Республиканском плане мероприятий по проведению в 2021 году Года народного единства» и нашли некоторые параллели. В документе сказано, что это «знаковые события в истории Республики Беларусь», «имеющие особое историческое и общественно-политическое значение». Так вот, самые «пожилые» праздники в списке важных для действующей власти дат — 1 мая и День Октябрьской революции, 6 из 9 праздников так или иначе связаны с СССР, остальные — с современной историей, один из этих трех оставшихся — День единения народов Беларуси и России — The Village Беларусь).

Резюмирую: флаг 1951 года возник не стихийно, а создан искусственно, он не отражает национальную историю беларусов, не связан с европейской и даже славянской традицией (сочетание красного и зеленого цвета характерно для африканских и исламских стран), нарушает традицию вексиллологии — не связан с гербом и один из важнейших принципов геральдики, о котором мы уже говорили — цвет не должен накладываться на цвет, а красный и зеленый — это два цвета (финифти). И уводит нас к идеологии, которой в принципе чужда идея национальной идентичности и независимости.

Как БЧБ-флаг из национального флага стал символом борьбы за свободу и против режима

— Что происходило с беларуской национальной символикой после прихода большевиков к власти? За БЧБ-флаги и раньше репрессировали, как сейчас?

— Прямо накануне захвата Минска большевиками в декабре 1918 года руководство БНР выехало за границу, и с тех начался этап существования БНР в эмиграции как символической, а не реальной республики. И национальные символы — БЧБ-флаг и «Погоня» — весь советский период истории Беларуси тоже широко использовались только беларусами в эмиграции, а до войны — и в Западной Беларуси.

Территорию Беларуси сначала делили большевики с немцами, а после 1921 года и до 1939 года — Советская Россия (потом — СССР) и Польша. Первые годы и в Западной Беларуси, которая принадлежала Польше, и в советской части беларуские организации (кружки, партии, общественные организации) и отдельные патриоты продолжали использовать БЧБ-флаг и «Погоню» и отождествлять себя с ней. Но потом Польша начала активную полонизацию, а советская власть развернула борьбу со всеми национальными проявлениями. Нужно понимать, что большевики создавали Белорусскую советскую социалистическую республику (как и УССР, например) как временное явление, буферную республику, ведь конечной целью Ленина был перенос революции в Европу и распространение на весь мир. Поэтому с идеей БНР большевистские власти фактически вели войну, изобличали ее и очерняли, а символику расценивали как буржуазно-националистическую, враждебную — использовать ее было нельзя.

Но даже после запрета БЧБ-символики отдельные беларуские патриоты точечно продолжали ее использовать и на территории советской Беларуси. Известны факты, когда беларусов в советское время репрессировали за национальную символику. Например, еще во второй половине 1920-х годов в том числе за использование БЧБ-символики были осуждены учителя из Слуцка, позже многих из них расстреляли. Известны факты использования БЧБ-символики отдельными смельчаками и в послевоенной БССР, впоследствии наказанных за это. Но детально эту тему исследователи пока не изучали.

— Можно ли сказать, что вскоре после появления БЧБ-флаг из просто национального символа стал символом борьбы беларусов за независимость и свободу?

— Это действительно так. Примерно с 1916 года, когда среди беларуских военных начали использовать БЧБ-ленточку, эти цвета символизируют сторонников движения за независимость и освобождение. Беларуские патриоты всех времен осознавали себя частью одной нации и видели своим символом эти цвета, этот флаг и «Погоню». Как на территории Беларуси, так и в эмиграции, но, прежде всего в эмиграции.

Когда во время перестройки у беларусов вновь пробудилась национальное самосознание, БЧБ-символика снова начала ассоциироваться с сопротивлением тоталитаризму, коммунизму.

Под БЧБ-флагами никого не убивали, а заявления пропагандистов, что этот флаг экстремистский, безосновательны

— Можно ли сказать, что в этом контексте — стремления к независимости — и нужно рассматривать беларуское национальное движение времен Второй мировой войны?

— Конечно. По-другому и быть не могло. Накануне войны, а точнее в 30-е годы на советской территории Беларуси и Украины прошли страшные сталинские репрессии, которые выкосили всю национальную интеллигенцию, особенно в Беларуси. В буквальном смысле их остались единицы. А после присоединения Западной Беларуси в 1939 году репрессии начались и на этой территории. Поэтому беларуские национальные силы или патриоты восприняли наступление немцев, нацистов, как возможность освободиться от сталинского, советского террора. Важно понимать, что в тот момент еще не было ничего известно о плане «Ост» (план нацисткой Германии по порабощению и уничтожению народов СССР, еврейского и славянского населения завоеванных территорий — The Village Беларусь) — он стал известен только после войны, а до этого о нем знало только высшее руководство вермахта и Третьего рейха. Скорее всего, об этом плане не знали даже немецкие командиры, а тем более беларуские патриоты и лидеры политических организаций.

— Сегодня пропагандисты обвиняют беларуских патриотов в том, что во время Второй мировой войны они пошли на сотрудничество с фашистами и даже участвовали в карательных операциях против мирного населения. И поэтому, мол, сами они фашисты и символы их фашистские — нужно запретить. Такие факты и правда были?

— Нет ни одного документально подтвержденного факта, что под БЧБ-флагом убивали мирное население Беларуси. Зато есть факты истребления мирного беларуского населения под национальными флагами других соседних государств. Но даже эти подтвержденные факты ни одна европейская страна не считает поводом запретить национальный флаг.

Во время Второй мировой войны немецкие нацисты на территории Беларуси действовали по тому же алгоритму, что и во всей Европе — они старались наладить сотрудничество с местным населением (активистами, прежде всего), ведь без этого оккупационная власть просто не сможет управлять. И местному населению на этих оккупированных территориях разрешалось использовать свою национальную символику — это было обычной практикой во всех оккупированных странах.

Тут важно подчеркнуть, что из всего беларуского национального движения только небольшая группа активистов пошла на реальное сотрудничество с нацистами на территории Беларуси. Я говорю о Фабиане Акинчице, который был лидером Белорусской национал-социалистической партии — авантюрной, как и сам ее лидер, Владиславе Козловском, Иване Ермаченко и некоторых других. А основная масса беларуских политических активистов просто использовала возможность попробовать построить беларуские структуры, возвращать беларусам историческое самосознание через те же школы, публикации и так далее, как это делали Вацлав Ивановский, Ян Станкевич и многие другие. Они не сотрудничали с немцами и потому многие даже были расстреляны или высланы из страны.

Важно обратить внимание и на уровень сотрудничества этой небольшой группы беларуских активистов с нацистами. Почти во всех странах оккупированной Европы были созданы местные национальные администрации, которые были просто помощниками нацистской власти. В Беларуси такой администрации не было, только общественные или временные военные организации как Белорусская самооборона или Белорусская краевая оборона в 1944 году. Но и эти организации фактически ни участвовали в военных операциях, а Белорусская самооборона была даже не вооружена — 20 батальонов, которые со временем были распущены, потому что им не доверяли. Все это говорит о том, что уровень коллаборации в Беларуси был не такой высокий, как в других странах, и не такой масштабный.

Теперь что касается использования коллаборационистами БЧБ-символики. Хотя в июле 1942 года они были и разрешены указом Вильгельма Кубе, но это разрешение никогда не было подтверждено высшими властями. То есть разрешения официального Берлина на использование национальной символики в Беларуси никогда не было. Это все было де-факто, на уровне самовольного использования.

Еще важнее сказать, на какой территории, кем и для чего использовались БЧБ-символы. Далеко не вся современная территория Беларуси во время войны входила в генеральную округу Беларутэния, которой руководил тот самый Кубе. В Беларутэнию входила только четвертая часть сегодняшней Беларуси, фактически только центр. Южная часть Беларуси входила в рейхскомиссариат Украина, восточная, по Березину, — в тыл группы армии Центр, а Виленщина входила в генеральный комиссариат Литва и округ «Белосток». Насколько известно, на востоке и севере Беларуси в операциях против населения задействовались российские формирования — РОА (Русская освободительная армия Власова), использовавшие российский триколор. Это что касается территории использования.

Теперь что касается времени и ситуаций. Под БЧБ-флагами не убивали беларусов. Использование этих национальных символов на четвертой части территории Беларуси носило главным образом ритуальный, символический характер. Беларускую национальную символику использовали во время торжественных мероприятий и на местных праздниках, а также в печатных изданиях«.

(Кроме национальной символики нацисты уважали местные праздники — разрешали беларусам отмечать и 1 Мая, и, о ужас, Дожинки. Чтобы быть последовательными, следом за БЧБ-флагом действующей власти теперь придется и их запретить — The Village Беларусь)

Агитационный плакат времен нацистской оккупации «Усе на „Дажынкі“», 4 октября 1943 года (Национальный архив Республики Беларусь)

И использовали БЧБ-символы очень ограниченный промежуток времени — в основном с 1943 года, когда был создан Союз белорусской молодежи. Но немцы разрешили создать эту организацию для воспитания молодежи, а не военных действий. Также национальный беларуский флаг использовала Белорусская краевая оборона в 1944 году. Хоть это было и военное формирование, но оно было образовано только весной 1944 года и практически не успело принять участие в военных действиях на территории нашей страны. В 1942 году БЧБ-символы использовали в некоторых отрядах Белорусской самообороны — отдельные командиры дали разрешение на БЧБ-шевроны. Но эти формирования не участвовали в операциях против населения.

Резюмирую: национальная беларуская символика во время оккупации использовалась очень ограниченное время и на ограниченной территории. Подтвержденных фактов преступлений, совершенных против беларуского народа под БЧБ-флагом, нет. Еще в советское время историк Академии наук Василий Романовский намеренно плотно работал над этой темой, чтобы дискредитировать беларуских националистов. Но даже в его книге «Саўдзельнікі ў злачынствах» нет таких фактов. Поэтому заявление Марзалюка, что «полиция под сенью бчб-знамен творила „кровавый беспредел“ на беларуской земле» совершенно безосновательно. После такого утверждения ему нужно положить свой диплом историка, потому что это абсолютная ложь. Если уж и говорить о каких-то преступлениях под национальной символикой, то стоит вспомнить расправы над мирным населением, которые во время Второй мировой войны творили на территории Беларуси латышские, украинские, литовские и российские бригады под своими национальными флагами. Есть документальные подтверждения, что под этими флагами были убиты тысячи мирных людей.

Но обратите внимание, что даже факт использования национального флага на оккупированной территории и даже совершенных под ним преступлений не стал ни для одной европейской страны причиной от него отказаться. Потому что символы не могут отвечать за людей, которые их используют. Это свидетельствует о том, что аргумент действующей беларуской власти искусственный. И если уж их аргумент применять, то в первую очередь на нашей территории нужно запретить те флаги, под которыми действительно убили тысячи беларусов. А если вы говорите, что под БЧБ-флагами убивали беларусов, то покажите конкретные факты вместо вырванных из контекста фраз. А без фактов это называется не иначе как манипуляция ради очернения и демонизации символов.

— Когда вообще впервые появилась риторика о том, что БЧБ-флаг «фашистский»? Существовал ли научный спор среди историков о том, имеют ли право БЧБ-символы быть национальными или это вопрос всегда интересовал только пропагандистов и идеологов?

— Идею о том, что БЧБ-флаг нельзя использовать из-за его связи с фашистами, впервые высказали коммунисты и ветераны войны в конце 80 — начале 90-х, когда у общества появился запрос на признание этой символики как государственной, а фракция БНФ в Верховном Совете БССР активно продвигала ее легитимность на законодательном уровне.

Нужно понимать, что в Беларуси ветераны войны были мощной силой, потому что БССР в послевоенное время руководили партизаны, и она была самой русифицированной и советизированной во всем СССР.

Поэтому провести в парламенте национальные символы в 1991 году было крайне сложной задачей — коммунисты и ветераны страшно сопротивлялись и настаивали, что БЧБ — это символы коллаборационистов. Но БНФ, который к тому моменту стал главной общественной силой и достаточно влиятельной политической партией, удалось убедить коммунистическое большинство членов Верховного Совета в том, что это постановление принять необходимо, в том числе в этом помогли результаты независимой экспертизы Института истории, которая доказала безосновательность доводов коммунистов. Интересно, что одним из тех, кто принес в зал Верховного Совета БЧБ-флаг еще накануне голосования был космонавт Владимир Коваленок — а взял он его по дороге у кого-то из митингующих. То есть знаковые, очень авторитетные люди почувствовали, что новая страна не должна оставаться с безисторической, искусственной, тоталитарной символикой.

Сегодня действующая власть использует ту же риторику и те же аргументы, но нынешняя ситуация отличается от начала 90-х не в лучшую сторону. Тогда у общества и партий была возможность апеллировать к закону, который работал, и никому в голову не могло прийти объявить символы экстремистскими. Потому что тогда демократизация была реальностью, а не фикцией, существовали экспертизы, которые могли дать действительно объективную, независимую оценку. А теперь у власти аргументы те же, но они гипертрофированные, вырванные из контекста, манипулятивные. Это делается с целью вызвать у людей эмоциональную реакцию неприятия этих символов.

(Беларуские историки уже выступили с открытым заявлением о том, что БЧБ-флаг — национальный и государственный символ и никаких объективных причин его запрещать не существует. Под этим обращением уже подписались не меньше 600 историков — ученых, учителей, преподавателей, выпускников истфаков — The Village Беларусь)

Мне не очень верится, что созданная теперь комиссия, которая будет давать рекомендации по поводу «экстремизма» БЧБ-флага, примет независимое решение, ведь в отличие от начала 90-х годов в нее входит только один представитель сообщества историков, остальные — силовики, а власть делает все возможное, чтобы очернить и запретить эти символы. Но я был приятно удивлен заявлению этого историка. Он — руководитель Института истории, не свободный, а назначенный, тем не менее, ему хватило смелости недавно сказать, что символы не несут ответственности за тех, кто их использует.

— Как Лукашенко аргументировал изменение государственных символов в 1995 и как на эти изменения отреагировало общество?

— Когда Лукашенко приходил к власти, он заявил о необходимости «возвращения» к России и интеграции с ней и аргументировал это в первую очередь экономическими причинами. Но придя к власти, он начал войну с символами и языком, и, вероятно, сменить символы в 1995 году ему подсказало его окружение, которое понимало их значение для формирования идентичности беларуской нации. Нет сомнений, что референдум, на котором было принято решение об изменении государственных символов, был нелегитимный. Зато есть сомнения в том, что голоса избирателей уже тогда посчитывались без фальсификаций.Как бы там ни было, нужно признать, что в то время для большинства граждан БЧБ-символика еще была не такая важная. Тогда у людей на первом плане были экономические проблемы, им было сложно жить и все верили, что обещания Лукашенко исполнятся и Беларусь станет богатой. Свою роль сыграла ностальгия по СССР. Большая часть людей тогда, как и сейчас, что греха таить, чувствует себя связанной с Россией. Поэтому люди голосовали за те символы, которые как будто возвращали все на старые рельсы.

После референдума 1995 года над БЧБ-флагом публично надругались, сорвав его со здания правительства, но этот флаг не вызывал у властей такой ненависти, как сейчас, хотя до конца 90-х его использовали во время всех массовых и многочисленных митингов и протестов. Постепенно эти символы — БЧБ-флаг и «Погоня» — начали ассоциироваться строго с оппозицией, а после ее разгрома и вовсе отошли в маргинальное поле, да и сами протесты стихли — последнее действительно массовое шествие было в 1999 году.

Фактически в 2000-е годы БЧБ-символику можно было увидеть только 25 марта и во время «Чарнобыльскага шляха» в руках у той живой части беларусов, которые продолжали выходить, чтобы продемонстрировать свою верность историческим традициям, европейский выбор Беларуси и непринятие лукашенковской системы.

В 2020 году возвращение БЧБ-символики в массы случилось вместе с возвращением уличных протестов. Сначала она появилась точечно на баррикадах в первые послевыборные дни, а массово уже 13 августа, когда люди вышли с флагами на площадь Независимости и символика из давней традиции снова стала живым символом сопротивления, освободительного движения большинства общества.

Сейчас беларусы показали, что у нас рождается беларуская нация как сообщество политическое. И национальные символы — и гербы, и флаги — это главные атрибуты рождения современных европейских наций. Потому что они как видимые знаки помогают эмоционально ассоциироваться с неким сообществом, переживать эту эмоциональную принадлежность. Вы помните, это невероятное чувство подъема и оптимизма, которое мы испытывали на улицах, видя БЧБ-флаги в руках чужих людей, которых мы воспринимали как родных? А красно-зеленое сочетание цветов не вызывает у нас никаких глубоких положительных переживаний, скорее наоборот, потому что ассоциируется с другим сообществом и другими ценностями. Особенно после использования красно-зеленого флага как символа жестокого насилия над выступающими за свои права. Вероятно, режим осознает, что мы чувствуем и что это значит, и поэтому развернул такую масштабную войну против наших символов. Но этот режим не вечный. И вместе с демократизацией общества национальные символы снова станут государственными.
https://www.the-village.me

https://www.the-village.me

Последние новости